1. Как море является первоисточником колодцев и рек, так и Христос Господь является первоисточником всякой добродетели и знания. Ибо кто имеет власть наделять нас добродетелями, если не Тот, Кто есть Царь Славы? И что нам сказано в песни Анны, как не то, что Сам Бог есть Господь всякого знания? Следовательно, от Него, как из источника, исходит сила быть чистым телом, ревностным в любви и праведным в воле. И это еще не все. От Него также исходит тонкость ума, великолепие красноречия, благородство манер; от Него — знание и слова мудрости. Воистину, «в Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения» (Кол. 2:3). Добавить ли еще? Чистые мысли, справедливые суждения, святые желания — не все ли это потоки из того одного источника? Если воды, которые нас окружают, неизбежно возвращаются в море по скрытым подземным каналам, чтобы снова безотказно и без устали изливаться, радуя наш взор и облегчая наши нужды, почему бы этим духовным потокам не возвращаться безошибочно и непрестанно к своему родному источнику и не течь обратно без перерыва, чтобы орошать наши души? Пусть реки благодати возвращаются к своему Источнику, чтобы снова течь своим путем. Пусть поток, берущий начало на небесах, будет направлен обратно к своей отправной точке и снова излит на землю с оплодотворяющей силой. Вы спрашиваете, как это будет сделано. Это будет сделано в соответствии с советом Павла: «За все благодарите» (1 Фес. 5:18). Если вы можете приписать себе мудрость или добродетель, осознайте, что заслуга принадлежит скорее Христу, Который есть «Божия сила и Божия премудрость» (1 Кор. 1:24).
2. «Кто настолько безумен, — скажете вы, — чтобы полагать иначе?» На самом деле, никто. Даже фарисей благодарит, хотя его праведность не заслуживает похвалы от Бога. И если, как указывает Евангелие, его акт благодарения не увеличивает его благодати, то почему так? Потому что благочестие, которое провозглашают наши уста, не оправдает гордыни нашего сердца в глазах Того, Кто отвергает гордых. «Бог поругаем не бывает» (Гал. 6:7), о фарисей. «Что ты имеешь, чего бы не получил?» (1 Кор. 4:7). «Ничего, — говорит он, — и поэтому я возношу благодарность дающему». «Но если действительно ничего, то у тебя не было никакой предшествующей заслуги, чтобы оправдать получение того, чем ты хвалишься. И если ты это признаешь, то, во-первых, тщетно превозноситься над мытарем, который не обладает тем же, что и ты, ибо не получил столько же. Во-вторых, убедись, что ты осознаешь, что дары Божьи полностью принадлежат Ему; если ты приписываешь себе часть славы и чести, которые принадлежат Ему, ты можешь быть по праву осужден за обман, за попытку похитить должное у Бога. Если ты нагло хвалишься дарами, как будто они твои собственные, я предпочел бы верить, что ты обманут, а не то, что ты хочешь обмануть. Это ошибка, которую я надеюсь исправить. Но когда ты благодаришь, ты показываешь, что не считаешь ничего своим, ты мудро признаешь, что твои заслуги на самом деле являются дарами Божьими. Когда же ты презираешь других, ты обнаруживаешь свое подлинное состояние, ибо говоришь от двоедушного сердца: уста твои служат лжи, а душа похищает честь, подобающую истине. Никогда бы ты не счел мытаря более презренным, чем ты сам, если бы не считал себя более почетным, чем он. Но как ты ответишь на принцип, изложенный Апостолом: «Единому… Богу… честь и слава»? Как ответишь ангелам, которые в своем учении различают то, что Бог оставляет для Себя, и то, чем Он готов поделиться с людьми? Их песнь такова: «слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» (Лк. 2:14). Разве ты не видишь, что фарисей, вознося благодарение, чтит Бога устами, но в сердце своем воздает дань себе? И так, по силе привычки, а не по намерению или склонности, вы услышите, как люди всех сортов произносят слова благодарности, ибо даже самые нечестивые люди принесут поверхностную благодарность Богу за успех в блудном деле, за любое преступление, потому что дела пошли хорошо и успешно, по крайней мере, по их оценке, когда их извращенная воля была исполнена. Например, когда вор завладел желанной добычей, он празднует в уединении своего убежища и говорит: «Слава Богу! Я не зря бодрствовал, ночная работа не пропала даром». Убийца будет хвастаться и выражать свою благодарность за свержение соперника, за месть врагу. И прелюбодей произнесет непочтительное «Спасибо, Боже», прыгая от восторга, что наконец-то лег в постель с женщиной, которую он долго преследовал.
3. Ясно тогда, что Бог будет слушать только те благодарности, которые исходят из чистой и подлинной простоты сердца. Я говорю «чистое сердце», потому что, когда те, кто хвастается своим злым поведением, осмеливаются благодарить за это Бога, они низводят Его до уровня своего собственного распутства и делают Его соучастником своих нечестивых удовольствий. Бог говорит таким людям: «ты подумал, что Я такой же, как ты. Изобличу тебя и представлю пред глаза твои грехи твои» (Пс. 49:21). Я добавил слово «подлинной» из-за лицемеров, которые хвалят Бога за блага, которыми они обладают, но только устами; сердце отрицает то, что исповедует язык, и поскольку они действуют обманчиво в самом присутствии Бога, их лукавство может заслужить только ненависть. Первые нечестиво стремятся вовлечь Бога в свои злые дела; вторые, мошенническим образом, хотели бы сделать дары Божьи своими собственными. Порок первых настолько глуп, настолько мирской и даже в некотором смысле настолько скотский, что я не чувствую побуждения предостерегать вас от него; порок вторых, однако, представляет собой обычное искушение в жизни религиозных и духовных людей. Велика и редка добродетель тех, кто совершает великие дела, не осознавая своего величия, чья святость очевидна для всех, кроме них самих. Для меня нет добродетели, подобной той, когда тобой все восхищаются, а ты остаешься презренным в своих собственных глазах. Ты действительно верный слуга, если не пытаешься присвоить себе многообразную славу Божью, которая, хотя и не исходит от тебя, тем не менее, проходит через тебя. Тогда, по словам Пророка, ты гнушаешься неправедной наживы и удерживаешь руки свои от взяток. Тогда, в соответствии с повелением Господа, «да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного» (Мф. 5:16). Подражатель Павла и всех верных проповедников, которые не проповедовали бы себя, ты ищешь не своих интересов, а интересов Иисуса Христа. Следовательно, и ты будешь удостоен услышать: «хорошо, добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю» (Мф. 25:21).
4. Хотя Иосиф знал, что ему доверена забота о доме его египетского господина и всем его имуществе, он также осознавал, что его госпожа была исключением, и он отказался иметь с ней отношения. «Господин мой, — сказал он, — передал мне все свое имущество. Он не удержал от меня ничего, кроме тебя, потому что ты его жена». Он знал, что женщина — это отражение славы мужчины, и что было бы низкой неблагодарностью с его стороны запятнать честь человека, по чьей воле он сам был облечен высоким саном. Одаренный мудростью Божьей, он понимал, что муж чрезвычайно озабочен честью своей жены, потому что она отождествляется с его собственной; настолько его собственной, что он не доверит ее другому. Поэтому он не осмелился бы посягнуть на то, что было вне его контроля.
Что же тогда? Неужели человек, ревнуя о собственной славе, осмелится желать похитить у Бога Его славу, словно Богу это безразлично? Но Бог говорит иначе: «не дам славы Моей иному» (Ис. 42:8). «Но что Ты дашь нам, о Господи, что Ты дашь нам?» «Мир оставляю вам, мир Мой даю вам» (Ин. 14:27). «Этого достаточно для меня; я с благодарностью принимаю то, что Ты даешь, и отказываюсь от того, что Ты оставляешь для Себя. Это меня удовлетворяет, я не сомневаюсь, что это для моей пользы. Я отказываюсь от всяких притязаний на славу, ибо если я осмелюсь похитить недозволенное, то по праву лишусь того, что Ты предлагаешь. Я желаю мира, я жажду его и ничего более. Человек, который не удовлетворен миром, не удовлетворен Тобой. Ибо Ты — наш мир, Ты «соделавший из обоих одно» (Еф. 2:14). Примириться с Тобой, примириться с самим собой — это необходимо для меня, и этого достаточно. Ибо всякий раз, когда я противостою Тебе, я становлюсь бременем для самого себя. Я на страже, и не буду ни неблагодарным за дар мира, ни святотатственно посягать на Твою славу. Пусть Твоя слава останется Твоей, о Господи, в неуменьшенном великолепии; все будет хорошо со мной, если у меня будет Твой мир».
5. После свержения Голиафа народ был счастлив восстановлению мира; один Давид купался в славе этого. Иисус Навин, Иеффай, Гедеон, Самсон и даже Иудифь, которая была всего лишь женщиной, одерживали славные победы над своими врагами в свои дни; и хотя их народ наслаждался с трудом завоеванным миром, они не разделяли славы героев. Иуда Маккавей также был известен многими триумфами, которыми его храбрость в битве принесла мир ликующему народу, но были ли они удостоены участвовать в его славе? Писание говорит, что среди народа была очень великая радость, а не слава. Теперь я спрашиваю: неужели Создатель всего достиг меньшего, чем эти герои, что Ему не будет позволена Его уникальная слава? Один Он сотворил все, один Он победил врага, один Он освободил пленников, и тогда в Своей славе Он будет нуждаться в соучастнике? «Моя собственная рука тогда была моей опорой», — сказал Он; и снова: «Я топтал точило один, и из народов никого не было со Мною» (Ис. 63:3). Какое право я имею разделять триумф, если я стоял в стороне от битвы? Было бы чистой дерзостью с моей стороны претендовать на славу без победы, или на победу без борьбы. Но пусть «принесут горы мир людям» (Пс. 71:3), весть мира для нас, а не славы. Тому, Кто один и сражался, и победил, слава сохранена. Вот как я желаю, чтобы это было: «слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение». Но злая воля, а не добрая, характеризует человека, который отказывается довольствоваться миром, чьи надменные взгляды и гордое сердце устремлены на захват славы, принадлежащей Богу. Поэтому он всегда лишен мира, никогда не достигает славы.
Кто поверил бы стене, если бы она сказала, что производит луч света, который падает на нее через окно? Или если бы облака провозгласили, что они создают ливни, чего бы они заслужили, кроме насмешек? Мне совершенно ясно, что каналы не порождают рек, которые текут между их берегами, ни губы и зубы — слов мудрости, которые исходят от них, хотя мои телесные чувства способны воспринять лишь это.
6. Если я различаю в святых нечто, достойное хвалы и восхищения, и приступаю к его изучению в ясном свете истины, я осознаю, что то, что делает их достойными хвалы и восхищения, на самом деле принадлежит другому, и я хвалю Бога в Его святых. И Елисей, и великий Илия воскрешали мертвых, но не своей собственной силой. Они были служителями силы, которая стала явной для нас в этих новых и чудесных делах, силы Бога, жившего в них. По Своей природе невидимый и недоступный, Он становится каким-то образом видимым и источником удивления в жизни тех, кто любит Его. Но только Он один достоин восхищения, ибо только Он совершает чудеса, которые этого заслуживают. Мы не хвалим перо или кисть, когда судим о рукописи или картине, и не приписываем славу за красноречие губам и языку оратора. Послушайте на мгновение Пророка: «Величается ли секира пред тем, кто рубит ею?» (Ис. 10:15). Таким образом, всякий, кто хвалится, противится Господу, если только его хвала не в Господе. Если мне и хвалиться, то я учусь у Павла, в чем и на каком основании можно это делать: «Ибо похвала наша сия есть свидетельство совести нашей» (2 Кор. 1:12).
Я могу хвалиться уверенно, если моя совесть говорит мне, что я никоим образом не умаляю славы моего Создателя, потому что я буду говорить в Господе, а не против Него. Нам не только не запрещено хвалиться таким образом, нас даже поощряют словами: «славы, которая от единого Бога, не ищете?» (Ин. 5:44). Эта способность хвалиться только в Боге может исходить исключительно от Бога. И эта слава — не малое дело; она так же реальна, как и истина, которая является ее объектом, и это истина настолько редкая, что лишь немногие исключительные даже из совершенных могут хвалиться тем, что обладают ею в совершенстве. Прочь тогда с ними, с теми людьми, которые лишь дуновение, людьми, которые лишь обман; пусть они обманывают друг друга в своей суете. Ибо человек, который хвалится мудро, подвергнет свою работу испытанию, он тщательно изучит ее в свете истины, и тогда причина его хвалы будет в нем самом, а не в покровительстве его соседа. Я всего лишь глупец, если вверяю свою славу, словно сокровище, в ларец ваших уст, а затем начинаю выпрашивать ее у вас, когда почувствую в ней нужду. Разве я не отдаю себя просто в вашу власть, чтобы меня хвалили или порицали, как вам заблагорассудится? Но я решил быть ответственным за себя, я буду верен в своем собственном отношении. И все же не полностью себе; скорее, я доверился Тому, Кто может позаботиться обо всем, что я вверил Ему до того Дня. В Его руках это в безопасности, оно будет возвращено в полной мере. Тогда все те, кто не ценит хвалу людей, получат верную хвалу от Бога. Ибо те, чья слава в земных привязанностях, найдут смятение в конце, как сказал Давид: «рассыплет Бог кости ополчающихся против тебя. Ты постыдишь их, потому что Бог отверг их» (Пс. 52:6).
7. Дорогие братья, если вы сможете постичь эти истины, никто из вас не будет жаждать хвалы в этой жизни, потому что если вы завоюете какую-либо милость здесь, внизу, и не поблагодарите за нее Бога, вы обманываете Его. Как возможно вам хвалиться, вам, которые всего лишь смердящая пыль? Осмелитесь ли вы хвалиться святостью жизни? Но это Дух, Который освящает; тот Дух, Который Божий, а не ваш. Даже если вы сияете чудесами и знамениями, это все равно сила Божья, действующая через ваши руки. Или вы произнесли изящную речь, которая снискала аплодисменты толпы? Но это Христос дал вам красноречие и мудрость. Ибо что ваш язык, как не перо писца? И он ваш только на время, талант, вверенный вам, который потребуют обратно с процентами. Если вы будете работать охотно и упорно в достижении результатов, вы получите награду за свой труд. Если же поступите иначе, ваш талант будет отнят у вас, но проценты все равно потребуют, и вы разделите участь нечестного и ленивого работника. Вся хвала, следовательно, за многообразные дары благодати, которыми вы наделены, должна быть отдана Тому, Кто является автором и дарителем всего, что достойно хвалы. Убедитесь, что ваши благодарности — это не благочестивая болтовня лицемера, не пустой жест мирянина, и не принуждение, налагаемое на вьючных животных; но, как и следует ожидать от посвященных людей, пусть она будет полна уверенной искренности, осмысленной преданности и подобающей, благочинной радости. Поэтому, принося жертву хвалы и исполняя наши обеты изо дня в день, давайте приложим все усилия, чтобы вложить смысл в наше соблюдение, наполнить смысл любовью, нашу любовь — радостью, а нашу радость — трезвением; пусть это трезвение будет смягчено смирением, а наше смирение — окрылено свободой. Тогда мы будем продвигаться к нашей цели со свободными влечениями очищенного ума. Мы можем даже обнаружить себя временами живущими за пределами наших обычных сил благодаря великой интенсивности наших привязанностей и нашей духовной радости, в ликующих встречах, в свете Божьем, в сладости, в Святом Духе, все это показывает, что мы среди тех, кого предвидел Пророк, когда сказал: «ходят во свете лица Твоего, Господи, о имени Твоем радуются весь день и правдою Твоею возносятся» (Пс. 88:16-17).
8. Но, возможно, один из вас скажет мне: «То, что ты говоришь, хорошо, но твои слова должны соответствовать твоей теме». Подождите немного; я не забывчив. Разве я не взялся изъяснять тот текст: «имя твое — как разлитое миро» (Песн. 1:2)? Это моя поставленная задача, над этим я должен трудиться. Необходимо ли то, что я до сих пор сказал, вы увидите; моя цель сейчас — кратко объяснить вам, что это не отступление от темы. Разве вы не помните, что последняя похвала грудей невесты касалась сладкого запаха мастей? Не подобает ли тогда, чтобы невеста признала этот аромат даром Жениха, а не присваивала его себе? Именно в этом ключе следует понимать все, что я до сих пор говорил. «Если мои груди источают этот сладкий аромат, — говорит она, — если они так привлекательны, то это не из-за какого-либо моего искусства или заслуги, о мой Жених, но из-за твоей щедрости, потому что масло твоего имени было разлито». Вот что можно сказать об уместности сказанного.
9. Наконец, объяснение маленького стиха, который стал поводом для этой продолжительной проповеди о мерзком пороке неблагодарности, должно подождать другого времени и другой проповеди. Сейчас достаточно напомнить вам, что если невеста ни в малейшей степени не осмелилась бы приписать себе какую-либо добродетель или какую-либо благодать, насколько меньше должны мы, которые всего лишь юноши? Давайте же подражать этому отношению невесты и говорить: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему дай славу» (Пс. 113:9). Давайте утверждать это не только словом и речью, но и делом и истиной, чтобы нечто, чего я очень боюсь, не было сказано и о нас: «и льстили Ему устами своими и языком своим лгали пред Ним, сердце же их было неправо пред Ним, и они не были верны завету Его» (Пс. 77:36-37). Давайте же воскликнем голосом, который исходит больше из сердца, чем из уст: «спаси нас, Господи, Боже наш, и собери нас от народов, дабы славить святое имя Твое», а не наше собственное, и найти наше счастье в прославлении Тебя, а не себя, во веки веков.